Главная

Тело

Внешнее и физическое более несомненно для нашего внутреннего мира, чем что-то психическое в нём самом, потому что источник наполнения нашего внутреннего мира – интеллектуальный, но момент первого обнаружения интеллектом своей работы – физический! И поэтому, как бы моментально не становились все наши физические ощущения психическими актами, всё равно для психики родоначальным фактом любого знания всегда является нечто физическое, ибо мир входит в интеллект через физические сигналы тела.
Они, эти физические сигналы тела, извещают интеллект о наличии мира. По сути говоря, именно они, эти физические сигналы, делают для интеллекта мир известным. И только потом уже интеллект узнает самого себя в этом мире, и только потом ему становится известной собственная личность («вымышленное Я»).
И поэтому, в силу того, что первым источником всего известного для интеллекта всегда является нечто физическое, весь порядок частных понятий, которыми наполняется мышление, всегда будет содержать для психики первоначальную правду известности телесного, известности физического, известности материального.
Итак, источник наполнения интеллекта телесный по первоначальной природе, и от этой телесной природы интеллект далее никогда не избавляется в мысленном созерцании и себя, и мира.
А в чём, всё-таки, те самые казусы, которые из-за этого происходят?
Чтобы ответить на это, вспомним, чем закончилась наша предыдущая глава. Мы остановились на том, что интеллекту недоступен вход в «истинное Я» и поэтому, если оттуда будут идти какие-то команды, противоречащие осознанным намерениям человека, то интеллект этого не отследит. Зато (отметили мы), интеллект легко может отследить любое вмешательство в зоне «вымышленного Я», где эти команды должны найти исполнителя и реализоваться. Интеллект должен легко это сделать, поскольку «вымышленное Я» это продукт развития интеллекта, и в этом продукте для него прозрачно всё.
Но (завершили мы всё неожиданным утверждением) именно подобного рода тайные процессы сознания постоянно и ежесекундно протекают в зоне «вымышленного Я», то есть на территории полного контроля интеллекта, но он их не замечает. Как (спросили мы) это происходит? Это происходит в теле (ответили мы).
И казус в том, что для интеллекта всё телесное настолько несомненно в своей правде, что он в полном доверии именно к этой территории не видит той власти, которую получило и которую реализует в его теле совсем иное сознание.
Казус в том, что очевидность тела, как объекта физического, и, следовательно, абсолютно истинного для интеллекта в своей правде, играет с интеллектом злую шутку – именно в теле орудует и делает то, что захочет, какое-то другое сознание, которого интеллект не видит.
Казус в том, что, проникни что-либо чужое в его собственную психическую природу, интеллект это отринул бы и взбунтовался, но интеллект настолько доверяет поведению тела, с которым связан, что не видит, как его телом на его же глазах командует кто-то, но совсем не он.
Не верите? Встаньте, и пройдите до дальнего угла комнаты, а затем вернитесь, и сядьте снова, прочитав при этом какое-нибудь четверостишье Пушкина. Пока ваш интеллект читал Пушкина или вспоминал какую-нибудь другую виршу – кто командовал движениями тела и кто выполнял всё задуманное в его последовательности? Интеллект в это время стихи читал. Телом воспользовалось какое-то иное сознание.
Вы думаете, что в этом виноват Пушкин? Совершенно зря. Если бы интеллект вообще знал, как его тело может ходить, то он создал бы нечто, подобное этому, и заставил бы ходить роботов. Но интеллект не только не может создать ничего, даже близкого этому, он даже не знает, как вообще можно силами сознания управлять шагающим телом. И поэтому азимовская концепция шагающих роботов, как слабо продуманная и полностью фантастичная, прочно сменилась концепцией роботов на колесиках, стационарных, гусеничных и т.д. Любых, только не шагающих. Потому что для того, чтобы какое-то тело могло шагать, должна происходить такая текущая сознательная работа, которая недоступна никакому человеческому представлению.
Шагающий человек – это не результат рычажно-опорных операций конечностей, это результат безостановочного и сознательного принятия решений, в процессе которых учитывается всё – от кривизны поверхности и наклона тела, до профиля каблука и подошвы. Человеческий интеллект даже в слабом виде не способен представить себе тот уровень сознания, которое обеспечивает такие операции, как ходьба, бег, прыжки, игры с мячом и т.д.
Передвижение на ногах осуществляется именно оперативной сознательной деятельностью, и невозможно себе представить тот объем сознательной работы, который совершает какое-то сознание в нашем теле, когда человек идет или бежит. По всем законам физики площадь человеческих ступней не смогла бы удерживать тело вертикально, даже если бы человек просто стоял. Даже эта задача – создать робота, который свободно и непринужденно стоял бы, как человек, например, на сильном ветру с порывами, требует дать этому роботу такое аналитическое сознание, которое было бы способно ежесекундно решать объем задач, недоступный окончательному подсчету.
Математическое обеспечение координации равновесия и двигательных функций, аналогичных человеческим, по своей виртуозности и сложности не имеет ничего даже отдаленно равного даже в самых смелых мечтах человека о каком-то «умном приборе» или о каком-то «искусственном интеллекте».
Это, так сказать, верхний предел, о котором интеллект не может даже и мечтать.
Но есть и обыденные примеры, когда телом командует некое сознание, а интеллект этого не замечает. Допустим, мы едем с работы домой, и ведем автомобиль. Пошел дождь, возникли пробки, передвигаться приходится медленно и монотонно. Интеллект начинает уходить в различные размышления, и погружается в воспоминания о том, как у тети Даши, после смерти дяди Коли, был дядя Костя, но она за него так и не вышла, а у него еще такая рубашка была в клетку, ковбойская, такие рубашки сейчас на ретрофотках о Голливуде можно увидеть, эти мужественные квадратные подбородки с сигарами и техасские шляпы, а дамы все такие однолицые – гримеры рисовали им одинаковые губы и глаза, все со взбитыми прическами, но все какие-то возрастные, как минимум за тридцать, или это только впечатление от экрана, футболисты тоже, как посмотришь, все мужики за сорок, а им едва за двадцать, очевидно экран старит или делает более зрелым, но мучающиеся ерундой интеллигенты, наоборот, выглядят мальчиками, наверное, экран вытягивает что-то из внутреннего состояния, даже обаяние в противовес чертам лица, говорят актеры в жизни уродливы, например, этот типаж Бельмондо – некрасивое лицо, но, сколько симпатии, совсем как у этого итальянца, который с перебитым носом, Лино Вентура, он еще вместе с Ален Делоном в «Искателях приключений» там целый остров купили, а на острове стоит средневековый замок, в котором остался арсенал вермахта, гранаты и прочая амуниция, а подруга у них поп-артом увлекалась, собирала с помощью газовой горелки скульптуры из металла, на поп-арте тогда все помешались, время было сумасшедшее, сплошные революции, в Китае культурная, в Европе сексуальная, во Франции студенческие бунты, в США расовые волнения, какой-то перелом в эстетике жизни, и поп-арт тоже бунтарская идеология, а не мещанская, как фэнь-шуй, который тоже ищет смысла в формах предметов быта, но только добавляет туда еще и дешевые выдумки, а куда им деваться, пахотной земли на весь Китай 4%, вот и сделали такой кооперативчик безделушек на весь мир, чтобы выжить, а шутки-шутки, у них теперь денег больше всех, новая мировая политическая сила со своими узкими задачами и понятиями, не способными ассимилировать больше нигде, кроме как в экономике и в ручных поделках… и т.д.

Главная
Карта сайта
Кликов: 2179416


При использовании материалов
данного ресурса ссылка на
Официальный сайт обязательна.
Все права защищены.


Карта сайта