Главная

«Прение Господне с диаволом. (В великий пяток, о посте и о прении Господни со диаволом)» 01

Это один из вариантов того самого спора с дьяволом, который описан в Евангелии от Матфея (у Луки он тоже есть, но понятно, что Лука просто списал это у Матфея).
Здесь хотелось бы поговорить не о содержании самого спора, а вот о чем – непосредственно о достоверности подобных событий.
Используя этот апокриф, хочу сказать, что издавна и с самым большим недоверием отношусь к тем евангельским эпизодам, где помимо Христа и кого-то второго, нет третьего свидетеля.
Недоверие мое продиктовано прежде всего тем, что я не помню в Евангелиях ни одного случая, когда бы Сам Христос рассказывал о Себе что-то личное. Он никогда ничем таким не делился.
Нет ни одного эпизода, где Он говорил бы о чем-то, что не связано с конкретно происходящим в текущий момент, или завел бы повесть о чем-то, о Своем.
Ну – нет такого!
Из Его уст нет историй об интимном или давно случившемся. Нет сюжетов, где Он рассказывал бы о думах, которые передумал, или о переживаниях, через которые прошел. Нет вообще ничего подобного – ни бытовых, ни мистических ни других автобиографических рассказов.
Евангелия не дают нам ни одного подобного примера, потому что из самих же Евангелий очевидно, что подобное – не в Его характере.
Ведь не зря же в евангельских текстах подчеркивается, что он вел себя не «как книжник», а как «власть имеющий» и «слово Его было со властью». Он был близок и прост в общении, но недосягаем в Своей Личной Громадности. Не был он ни учителем, ни другом. Он был – Власть Имеющий. Это был Бог, воплотившийся в человека.
Поэтому мне непонятна та линия, по которой подобные эпизоды – без третьих свидетелей – могли бы стать достоянием гласности. Не в Его манере – точно.
Допустим, что это было потом поведано миру вторым действующим лицом. Но тогда – насколько я могу доверяться такому рассказу, в котором никто третий не может, ни дополнить, ни подчистить ничего своим свидетельством?
В Евангелиях есть случаи, когда одна и та же история изложена с невероятными расхождениями непосредственно её свидетелями. Возьмем, например, рассказ о женщине и её бесноватой дочери.
Вот как эта история выглядит у Матфея:

Какая-то скандальная хананеянка прицепилась на улице к Христу, окруженному Апостолами, шла следом, не отставала и вопила на весь свет:

«помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется».

Она потому вот так кричала издалека, что каждый не еврей в тех местах знал, что подходить близко к иудею нельзя – он тобой брезгует. А уж прикоснуться к иудею – это вообще сразу же большой скандал с истерикой.
И поэтому она кричала с хорошей дистанции, чтобы не разозлить Иисуса опасной близостью.
И причем эта скандалистка обращается к Спасителю именно как к еврею («сын Давидов» - обращалась она к Нему), признавая тем самым Его расовое превосходство – Матфей и сам был склонен думать именно так, и всё Евангелие у него постоянно скашивает в эту сторону. Матфей был искренне убежден в превосходстве своего народа над остальными.
И мы не можем его за это осуждать – он был сыном своего времени и сыном ветхозаветного учения об избранности.
Но даже при этих своих особенностях – Матфей для нас Великий Святой и один из величайших людей в истории. Человек с большой буквы.

Главная
Карта сайта
Кликов: 2250501


При использовании материалов
данного ресурса ссылка на
Официальный сайт обязательна.
Все права защищены.


Карта сайта