Главная

«Апостольские постановления» 08

Аристотель в конце этой своей картины мира вывел еще, что Бог – это источник всего движения в мире, и, следовательно, Бог – это и есть само движение как таковое (Перводвигатель). Но при этом Бог у Аристотеля – неподвижен (неподвижный Перводвигатель). То есть Бог, по Аристотелю, одновременно есть и само движение, и полное отсутствие этого движения. Опять нарушение аксиомы. Опять победа Мышления.
Так оно работает, Мышление. Оно побеждает предустановки ума и видит истину.
Поэтому, когда кто-то мне говорит, что не принимает Троицу, то я не удивляюсь. Что поделаешь? Каждому что-то дано понимать, а что-то не дано понимать. И это происходит не по его личному желанию, а по природе… Кому-то дано одно, а кому-то – совсем другое. Я всё это могу понять, когда мы говорим о людях.
Но не об апокрифах.
Если я вижу апокриф, который не принимает Троицу, то я сразу же считаю его творцом глупца. Ибо мышление, которое не принимает Троицы, может дать лишь бытовой уровень мудрости. Это будет мудрость, расположенная не выше путей обогащения в максимальном своём варианте.
Но ориентироваться в работе на то, чтобы подтянуть христианство к максимальному порогу бытовой мудрости – к теории обогащения – лично я не стал бы.
И не зря этот апокриф нацелен исключительно на бытовое поведение. Ибо – по Сеньке и шапка. И поэтому в тексте нет никакого другого побуждения, кроме как угасить огонь христианства в самом себе же.
Весь поток мысли этого текста – это застывшая лава коротко разгоревшихся, сил интеллекта. Интеллект воспламенился от близости пламени, но тут же застыл, не найдя внутри себя ничего, чтобы это пламя подпитать.
Замер и вернулся сам к себе. На свою блевотину, как говорил Святой Петр.
И поэтому теперь, «по постановлениям» этого слета шарлатанов, все остальные книги, кроме еврейского Пятикнижия, запрещаются и всем вводится в строгую обязанность активная обличительная борьба как с «еллинскими» книгами, так и с «еллинскими» духовными обрядами христианского образца.
Не нужны ни книги христианские, ни новые христианские обряды. Старых иудейских полно. Берите, сколько хотите и того, и другого.
А христианство, которое не связанно с иудейской традицией, прямо объявляется в тексте – «от дьявола».
А, как быть с Евангелиями? Они в список обязательных книг не входят. Что же делать с Евангелиями?
А вот что:

«Если не так, то, сидя дома, прочитывай Закон, книги Царств, пророков, пой песни Давыдовы, и со тщанием проходи дополнение их – Евангелие».

Вот так беззастенчиво: Евангелия – это лишь «дополнения» к Моисееву Закону. Для колорита.
О ярком уме этих авторов говорит уже то, что они пишут от имени Апостолов, которые шли умирать именно за Евангелия.
И, кстати, скажите, уважаемые, если иудаизм – это нетленная истина, а Евангелия – это лишь нечто несущественное, что разрешается тем, кому захотелось на десерт сладенького, то, как в таком случае быть с ролью иудаизма в убийстве Спасителя?
Что же вы за такую безобидную мелочь, как несущественные дополнения к иудаизму, Христа убили? Как объясните?
А – очень просто. Оказывается – иудаизм вообще здесь был не при чем.
«Постановления» нам всё разъяснили.
Ведь, когда Иуда предал Христа и Спаситель был схвачен, то

«связав Его, привели в дом Каиафы первосвященника, куда часто собирались не народ, но толпа, и не священное старейшинство, но сонмище беззаконников и коварный сонм нечестивцев».

Главная
Карта сайта
Кликов: 2273009


При использовании материалов
данного ресурса ссылка на
Официальный сайт обязательна.
Все права защищены.


Карта сайта